Россия: инсайдеры, как правило, остаются безнаказанными

12.02.2009

Вернуться к списку новостей В подавляющем большинстве случаев внутренние нарушители не несут сколько-нибудь существенной ответственности. Наиболее распространённое наказание для халатных сотрудников - формальные выговоры (45%), а для злонамеренных инсайдеров – увольнение (51%) без симметричного судебного преследования или материальных взысканий. Не меньшую озабоченность вызывает и степень латентности внутренних нарушений: 42% респондентов затруднились определить количество утечек конфиденциальных данных. Это можно объяснить как нежеланием "выносить сор из избы", так и недостаточной информированностью специалистов о положении дел в корпоративных сетях.

В тройку "призёров" по степени опасности среди каналов утечки респонденты вынесли мобильные носители (70%), электронную почту (52%) и Интернет (33%). Больше всего инсайдеров привлекают персональные данные (68%), финансовые отчёты и детали конкретных сделок (40%).

Анализ динамики проникновения специализированных систем защиты от внутренних ИТ-угроз выявил противоречивую ситуацию. В прошлогоднем исследовании 34% участников заявили о планах внедрения таких систем. Однако свежие данные показали, что это желание реализовали на практике лишь 5%: общая доля таких организаций в период 2007-2008 гг. выросла с 24% до 29%. Безусловно, частично причиной этой разницы можно назвать большую трудоёмкость внедрения технологий класса РСКД или DLP (иногда этот процесс занимает несколько лет), а также неясности законодательных актов (например, закона "О персональных данных") и отсутствию чётких стандартов. Однако неоспорим факт, что в российских компаниях слово всё ещё ощутимо расходится с делом.

Впрочем, налицо и положительная тенденция. На 14% (с 49% до 35%) снизилась доля респондентов, считающих специализированные системы защиты неэффективными. В целом можно констатировать, что в ближайший год рынок внутренней безопасности продолжит свой рост, однако он вряд ли окажется слишком быстрым. Прорыва следует ожидать в среднесрочной перспективе, по мере стабилизации финансовой ситуации: 46% респондентов назвали бюджетные ограничения главным сдерживающим фактором.