Правительство России внесло в Госдуму законопроект, в соответствии с которым военнослужащим нельзя будет размещать некоторую информацию о себе и сослуживцах. Военным будет запрещено рассказывать в соцсетях и СМИ о своей службе, деятельности воинских частей, их нахождении, публиковать фото, видео, данных геолокации и др. Эта информация может представлять интерес для иностранных спецслужб, террористических и экстремистских организаций. Если военные нарушат запрет, они могут быть привлечены к дисциплинарной ответственности, а контрактники уволены.

Практика ограничения военнослужащих в Интернете есть во многих странах: в Израиле, в Великобритании, в Германии, во Франции и США. Получается это с переменным успехом, ведомствам приходится выдерживать общественную критику, поэтому в Штатах, например, регламенты переписывались несколько раз. Серьезное ужесточение произошло после крупной утечки снимков обнаженных женщин-военнослужащих Корпуса и флота.

Мера верная. Возможность выложить бездумно любую инфу не раз играла злую шутку и с «гражданскими» пользователями. Люди без задней мысли выкладывают в Instagram или «ВКонтакте» фото новенького паспорта, а потом удивляются, почему им звонят коллекторы с требованием погасить какой-то кредит в банке.

Для военных открытость персонала в соцсетях может быть и вовсе критична. Примеров достаточно. В начале июля неизвестный получил секретные данные об истребителях F-35 ВВС Великобритании, взломав профиль военнослужащей в Тиндере. Он использовал его для общения с другими членами экипажа. Известно, что минимум раз уловки хакера сработали, и один из собеседников поделился конфиденциальными данными с ним. В 2014 году странички некоторых солдат в соцсети «ВКонтакте» приводились СМИ как подтверждение присутствия российских военных на Украине.

Но разница между обычными людьми и военными в том, что первым никто не может запретить что-то выкладывать о себе (даже если это идет людям во вред). Вооруженные силы – совсем другое дело, там цель достижима. Правда, главный вопрос в том, как военные ведомства в случае принятия закона планируют контролировать контент в сети. Есть ли у них инструменты, чтобы проверять – исполняется ли закон?

Алексей Парфентьев, ведущий аналитик «СёрчИнформ»